Последние статьи

Проанализировав лунные породы, которые, как сообщается в журнале Science, были доставлены...
Американские ученые провели компьютерное моделирование, показавшее, что спиралевидная структура...
24 октября 1960 года. Р-16. Байконур. "Первая ракета Р-16, именуемая "изделие 8К64", не покидая...

ТОТ ФАКТ, ЧТО ПЕРВОЙ ЗАПУЩЕННОЙ В СССР БАЛЛИСТИЧЕСКОЙ РАКЕТОЙ БЫЛА ЛЕГЕНДАРНАЯ НЕМЕЦКАЯ ФАУ-2, СКРЫВАЛИ ВПЛОТЬ ДО РАЗВАЛА СОЮЗА, страница: 2 из 2

В мае сорок пятого я был вызван в Москву и после стандартной проверки зачислен в спецгруппу. В августе в числе первых 25 ее членов вылетел в Берлин. К слову, Королёва впервые увидел только перед посадкой в самолет. Я сразу обратил на него внимание -- он выделялся особой собранностью и сосредоточенностью. Говорил Королёв немного, но уже через несколько часов я проникся к нему искренним уважением. Особенно впечатлила его выносливость. Летели мы долго, и всех ужасно укачало. Многим пришлось воспользоваться ведром. Королёв же был невозмутим (он сидел как раз передо мной). После приземления пассажиры буквально повалились на траву. А Сергей Павлович твердым шагом спустился по трапу и направился к поджидавшим автомобилям. Встречал нас Тюлин. Он на многие годы стал одним из соратников Королёва и был первым в истории заместителем министра обороны СССР по ракетным вооружениям.

Поскольку передавать войскам тогда еще было нечего, меня задействовали для проверки сообщений о ФАУ. Признаться, я с теплотой вспоминаю те месяцы -- тогда довелось побывать во многих уголках Восточной Европы. Зачастую в командировки отправлялся вместе с Королёвым. Он был человеком всесторонне образованным -- знал толк в искусстве, литературе. Поэтому, когда мы оказывались в городах, где работали театры, то по возможности ходили на спектакли.

Украинский язык Королёв, родившийся в Житомире, не забыл. Однажды мы ехали в автомобиле несколько часов кряду. Молчали, и я достал роман Юрия Яновского "Вершники". Королёв спросил: "Что читаете? А не тот ли это Яновский, с которым я учился в Киевском политехническом?" Взял прочесть и потом хвалил: мол, вещь стоящая.

Поиски ракеты продолжались около года. Когда стало ясно, что эти усилия ни к чему не приведут, сосредоточились на восстановлении ФАУ. К нам приехало много ученых из Москвы и Ленинграда. А я занялся отбором офицеров в специальную воинскую часть, создаваемую для испытаний ракеты. Часть назвали бригадой особого назначения (БОН), я стал командиром стартового дивизиона, который непосредственно должен был проводить пуски.

Работы было невпроворот, ведь все приходилось начинать чуть ли не с чистого листа. Изучали технику, переводили немецкие инструкции. К запуску первой ракеты -- ее переименовали в А-1 -- мы были готовы только осенью 1947 года*. Местом испытаний стал полигон Капустин Яр в астраханской степи. Сейчас там уютный военный город. А в те времена, кроме захудалой деревушки, ничего не было. Бытовые условия не те, что в Германии. Но военным не привыкать. Дружно взялись за создание стартового комплекса, и 30 октября успешно провели первый в СССР запуск баллистической ракеты. Это, по сути, была немецкая ФАУ, разве что с некоторыми доработками, но наша пресса затем твердила, что ничего общего с ФАУ нет. Конечно, это отступление от истины, о котором открыто стали говорить только в начале 90-х. Но зато последующие ракеты были, несомненно, советскими. И ФАУ не идет с ними ни в какое сравнение.

Мне, к сожалению, не довелось продолжить работать с ракетной техникой. При первых пусках я, похоже, получил отравление (мы работали с опасными веществами без особых мер предосторожности) и серьезно заболел**. Мне подыскали спокойное место службы - военпреда на оборонном предприятии. Но душа к этому не лежала, и я добился увольнения в запас. Переехал в Киев и занялся преподавательской работой в вузе.

Источник: http://www.kap-yar.ru/index.php?pg=412